О вкладе добровольца в специальную военную операцию: история Александра Гусева из Пестрецов

На память о недолгом пребывании на передовой ему остались медаль «За содействие СВО» № 134 и два вывернутых тазобедренных сустава.

Александр Валентинович Гусев — ныне инвалид II группы. Ходит по Пестрецам с палочкой, осторожно ступая по тротуару, предпочитает передвигаться на машине. Трижды он пытался заключить контракт с Минобороны. Трижды получал отказ — по возрасту. А в зоне специальной военной операции он всё-таки побывал. Правда, всего один день. Этот день стоил ему здоровья, но он все-таки внес свой вклад в общую борьбу.

«Ребенку десять лет — надо поздравить»

Александр — не коренной пестречинец. Вместе с семьей он приехал сюда в 1974 году и пошел здесь во второй класс. После окончания школы служил в армии, учился в Москве, в МАДИ, работал мастером, руководителем – в Казани, на автодорожном участке. После начала СВО несколько раз пытался заключить контракт с Министерством обороны, но не взяли по возрасту. Но судьба все-таки привела его на передовую.

Так получилось, что семья у него не сложилась. Но есть ребенок — сын, которому в 2023 году исполнилось десять лет. Мальчик живет в Краснодарском крае.

— Я решил поехать поздравить сына с десятилетием, — рассказывает Александр. — Навестить, побыть вместе хотя бы несколько дней.

И именно там, в Краснодарском крае, рядом с зоной боевых действий, жизнь сделала крутой поворот.

«Давай заедем — там рукой подать»

У «бывшей» Александра есть брат — Дима. Молодой, 21 год, тоже тогда загорелся идеей поехать на СВО.

— Димка уговорил меня, — уточняет Александр, — там же до Ростова рукой подать, семь километров. А он говорит: военкомат не берет, давай в добровольческое подразделение попробуем.

Сказано — сделано. Приехали к командиру добровольческого отряда. Александр объясняет: так и так, хочу помочь, хочу с вами. Командир — молодой, толковый — посмотрел на него и говорит:

— Ну что, ребята, давайте я вам задание дам. Справитесь — присоединитесь к отряду. Не справитесь — как получится.

Задание было простое на словах и смертельно опасное по сути: довести до передовой (на тот момент в Херсонскую область) «Газель», набитую до отказа — боеприпасы, продукты, всё, что нужно ребятам на передке.

— «Газели» у них все без передних дверей, — вспоминает Александр. — На случай, понимаете, срочного «катапультирования». Дали нам сопровождающего для прикрытия. И мы поехали.

Дороги на передовой — это не дороги в обычном смысле. Это направления. Грунтовка, кусты, вязкая почва, груженая машина. Ехали часов шесть. Ориентировались по рации, по спецсвязи, по ориентирам, которые подсказывали те, кто уже ездил этой дорогой.

— Командир нам показал объездные пути, — говорит Александр. — Но туда мы решили по основной дороге ехать — так короче. Думали, проскочим. И проскочили.

На передке разгрузились. Ребята приняли, поблагодарили. Вечером того же дня поехали обратно. Поехали по объездной. И вот тут началось.

«Птичка» в небе

В зеркало заднего вида Александр заметил дрон. Маленький, противно-воющий, несущий на себе четыре с половиной килограмма взрывчатки – этого хватит, чтобы взорвать целый дом.

— Я вилять начал, — вспоминает он. — Сопровождающий тоже дрон заметил и кричит: «Птичка!» И себе под нос ругается: «Этого еще не хватало!».

Свернули в лесополосу — чтобы скрыться под кронами. А дальше — по пням, по кочкам, по корням, через лежащие деревья. «Газель» прыгает по бездорожью, трясется, скрипит. Проехали километра два.

Думали, что оторвались. Выехали из лесополосы. И почти сразу сопровождающий кричит:

— Прыгай!

Сам прыгает. Он парень молодой — пружинит, вскакивает, бежит в сторону.

Александр прыгает вслед за ним, но у него ноги на скользкой земле разъезжаются. Он садится практически на шпагат. Оба тазобедренных сустава выворачивает. Последнее, что он запомнил перед потерей сознания, — как прямо над его головой пролетает колесо от взорвавшейся «Газели». Машину разобрало на запчасти - в прямом смысле этого слова.

«Твое счастье»

В госпитале врачи смотрят снимки — портативный сканер, распечатка на принтере. И говорят удивительную вещь:

— Давай по-честному. У тебя ведь ноги болели и до этого? Да? Вот видишь — поражение хряща. Сразу это не могло образоваться с двух сторон. У тебя коксартроз обоих тазобедренных суставов. Категория «Д». С таким диагнозом на СВО бракуют.

Добровольческий контракт с Минобороны, о котором мечтал Александр, также не состоялся.

Он долго лечился. Ноги выправляли на вытяжке. Предлагали операцию протезирования тазобедренных суставов, но он пока не решился ложиться под нож. Разговаривал с людьми, которые через это прошли: отзывы разные, у кого-то будто бы даже протезы ломаются. Да и операция под общим наркозом в его возрасте — тоже риск. Врач из Пестречинской ЦРБ прописал обезболивающее, препараты для восстановления суставов. Так и живет.

26 марта 2025 года Александру Гусеву вручили медаль «За содействие СВО» № 134. За помощь фронту и патриотизм. Дали ценный подарок. И отпустили домой — с категорией «Д», с двумя разрушенными суставами, но с медалью на груди.

Те, кто «за ленточкой»

А Дмитрий — шурин, тот самый 21-летний парень, который уговорил Александра «заехать на СВО», — остался. Его взяли.

Сейчас Дима — сержант, служит в артиллерии уже третий год. Отражал украинский «контрнаступ» в июле 2023-го, был в самых горячих боях.

— Не ранен, — говорит Александр. — Легкая контузия. Присылал фотографии — вроде целый.

Александр с ним постоянно на связи. Звонят, пишут. Дима — молодой, но уже опытный. Оброс бородой, возмужал, стал другим.

— Я жалею, что не заключил контракт, — честно признается Александр. — Там замечательные ребята работают. Такие, с которыми рука об руку можно идти до конца.

Но на этом семейная хроника СВО не заканчивается. У Александра — еще два племянника. Один служит по мобилизации с 2022 года, другой — на контракте с 2024-го.

Старший, сын родного брата, 1986 года рождения, позывной «Прапор». Жил последнее время в Ульяновске, оттуда и призван. До войны он служил в ГИБДД, делал в общем ту же работу: наблюдал за дорогой. Но, разумеется, в совсем других условиях. На четвертом году службы он особенно понимает участников Великой Отечественной, которая тоже шла четыре года. Как им было тяжело, какие усилия приходилось прилагать. Но он уверен: «Мы не подведем, Победа будет за нами!». В подтверждение этого недавно был награжден медалью Суворова.

Младший племянник, 1990 года рождения, пошел по его следам – но уже добровольцем — на контракте с 2024-го. Тоже успешно воюет.

Александр Валентинович живет сейчас на два дома. Зимой — в Казани, снимает квартиру. Летом — в Пестрецах, ухаживает за матери. Ей 86, она инвалид III группы.

Но в груди у него — не мешанина. Там — гордость за шурина, за племянников, за тех ребят, с которыми он ехал в одной «Газели» и которых уже, может быть, никогда не увидит. Там — тихая печаль о том, что сам он не смог остаться до конца. И там — странная, светлая уверенность: он сделал всё, что мог. Даже если это «всё» уместилось в одни сутки и один прыжок из горящей машины.