Созвездие Пеструшкиной

СОЗВЕЗДИЕ ПЕСТРУШКИНОЙ

Глава 1.
О связи сущностей и рек, а также о порочной практике чтения

Феномен Занозы Пеструшкиной, девушки с куриной грацией и философским складом ума, удивительным образом связан с наличием реки Меши. Где есть река – появдяется и Заноза.

Так одна из Заноз материализовалась в городке Моровск, где местная река Меша впадает в Десну. Кто не в курсе – это в стране не-России, недалеко от столицы – «не-матери не-городов не-русских», задолго до 2014, а может и 1917 года. Лингвистический анализ утверждает, что «Моровск» переводится с суахили на финский как «Пестрецы», а с финского на суахили — как «Кощаково». В такой точке смысловой турбулентности появление Пеструшкиной было не просто вероятным, а грамматически неизбежным, как запятая перед союзом «а».

Подросшая Заноза зашла в супермаркет (он в этой стране называется «Не-пятерочка»), взяла с полки банку консервов «Тушонка свиняча ексклюзивна» и, по порочной своей привычке, начала читать. Все Пеструшкины начинают читать рано и читают все подряд, не сверяясь со списком запрещенных материалов, что является главным источником их проблем.

Состав «Тушонки свинячей ексклюзивной» не был внесен в список вредоносных материалов, а зря. Состав консервов поверг Занозу в лёгкий когнитивный диссонанс:

1.     Текстурат соевый.

2.     Вода.

3.     Шкура свиная.

Прибретя банку толи из любопытства, толи из вредности, Заноза провела эксперимент по дедовской методике испарения влаги. Результат получился неутешительный: из 340 граммов нетто осталось 78 граммов некоей мясо-растительной субстанции, по тактильным ощущениям напоминающей войлок, пропитанный ностальгией по мясу.

«Любопытный психологический феномен, — подумала Заноза, — чтобы предложить сие потребителю, производитель должен испытывать к нему устойчивую антипатию, граничащую с отвращением».

Глава 2.
О тюремной теологии и астрономии

Тот, кто начал думать, остановиться уже не может. Как и молчать. Заговорила и Пеструшкина, пытясь вернуть в магазин не-продукт не-питания. Её монолог о «системе свободного надувательства», произнесённый прямо у кассы, был столь убедителен, что породил асимметричную реакцию системы — моровчане вызвали милицию (в не-стране милиция – это не-полиция).

- В чем скандал, гражданочка? – достал блокнотик милиционер.

- Не вижу разницы между «свободным предпринимательством» и телефонным мошенничеством! – заявила Заноза. – И там, и там прибыль, бизнес и ничего личного.

Занозу арестовали за «смущение потребителей мясопродукта и подрыв доверия к идеальности экономической системы».

В тюрьме, где время течёт иначе, мысль Пеструшкиной обрела новое измерение. «Но в чём источник этой ненависти? — кудахтала она вполголоса, не обращая внимание, что сокамерницы ее слушают. — Предприниматель — такой же человек. Он взял кредит. Банк требует возврата с процентами. Чем выше процент, тем сильнее ненависть, которую банк индуцирует в предпринимателе, дабы тот, в свою очередь, всучил некондиционный продукт потребителю. Это цепная реакция ненависти!»

Охранники, доложившие начальству, что арестантка «несёт крамолу про банки», не ведали, что творят. Дабы изолировать источник инакомыслия, начальство – тоже не от большого ума - повелело заточить Занозу в высокую башню. Роковая ошибка! Ибо философов опасно заключать в высокие башни — они там начинают читать не только книги, но и саму ткань мироздания, скрижали небесные.

И Заноза прочла. Она узрела, что Национальный банк не-России — это не финансовый институт, а метафизический регулятор нравственности.

«Возьмём издательское дело, — размышляла она, глядя в ночное небо. — При ставке Нацбанка в 3% можно рискнуть издать молодого автора, который пишет о своих юношеских мечтаниях и сомнениях. При ставке в 20% — издавать можно только проверенную классику или порнографию, ибо лишь они дают гарантированную прибыль для расплаты с кредитом. А еще лучше классику, смешанную с порнографией в виде комиксов. Таким образом, не министерство культуры, а Нацбанк определяет, что будет читать народ. Он — дирижёр морального облика нации!»

Её кудахтанье, разносясь с башни, сеяло смуту. Люди хватались за головы и спрашивали: «И что же нам делать?» Власти, дабы разрядить ситуацию, решили отправить Пеструшкину на фронт какой-то из бесконечных войн — в качестве «пушечной птицы». Один проникшийся охранник предупредил Занозу.

«Забавно, — усмехнулась Пеструшкина. — А вы не замечали корреляции? Страны с учётной ставкой Нацбанка в 3% не воюют друг с другом. Китай (3%) не воюет с Японией (0,25%). Потому что кто ж его заставит. Воюют между собой страны со ставкой в 15%, а со ставкой в 50% начинается гражданская война всех со всеми за выживание и корку хлеба. Ибо низкая ставка — признак суверенитета, возможность самому выбирать свое будущее. А высокая ставка Нацбанка — это ярмо, заставляющее ненавидеть всех здесь и сейчас, потому что никакого будущего не будет».

Охранник спросил с детским интересом: «А если страна с 3-процентной ключево ставкой начнет войну против страны с 15-процентной, то кто победит?».

Заноза взмахнула руками: «Великобритания (1,25% в 1982 г.) воевала с Аргентиной (125%) за Фолклендские острова. У Аргентины просто не было никаких шансов. Даже если Лихтенштейн (в стране ходит швейцарский франк – то есть ключевая ставка 0,5%) будет воевать с Зимбабве (35%), то победит Лихтенштейн. Ему собственно ничего делать не надо – Зимбабве сама задохнется под ростовщической удавкой».

«То есть суверенитет – это не собственные флаг и гимн, а нулевая ключевая ставка Нацбанка?» - уточнил охранник.

«На флаге не надо много цветов, а на гербе – хищных животных, - уверенно заявила Заноза. - Просто пишите ставку своего Нацбанка – и это будет символ независимости и место в мировой иерархии».

Охранник, вздохнув, предложил ей верёвку для побега.

Глава 3.
О возникновении нового небесного объекта и связанных с этим неудобствах

Но Заноза поступила иначе. Она взобралась на подоконник и шагнула в пустоту. Вы думаете, она камнем полетела вниз как неграмотная Сююмбике? О нет! Мысль, достигшая платоновских высот, обладает антигравитационными свойствами. За мыслью последовало и тело. Заноза Пеструшкина воспарила и растворилась в небе, дабы не мозолить глаза современникам.

Так на небосводе появилось новое созвездие. Столь же несуразное, как и его прародительница. Созвездие Пеструшкиной расположено вдалеке от плоскости эклиптики, но, демонстрируя свойственную Занозе задиристость, периодически перебегает путь Солнцу, заставляя светило заходить в свои границы.

Астрологический истеблишмент пережил шок. Пришлось экстренно вводить тринадцатое зодиакальное созвездие. Дети, рождённые под знаком Пеструшкиной, получают в гороскопе туманные, но тревожные формулировки: «Склонность к критическому мышлению», «Повышенная социальная ответственность», «Риск быть непонятым современниками». Астрологи, составляя такие прогнозы, лишь тяжело вздыхают.

И, разумеется, возникла секта. Не церковь, а небольшая секта — «Свидетели Пеструшкиной». Они не молятся о здоровье и богатстве. Они взывают к святой великомученице-пересмешнице, философу-Курице, покровительнице мыслителей и домашней птицы, с одной-единственной просьбой: «Заноза, дай нам ума!»

И если ночью выйти в поле и внимательно посмотреть на небо, можно разглядеть маленькую, мерцающую, но в телепатическом диапазоне невероятно яркую точку – альфа Пеструшкиной. Она подмигивает. И словно говорит: «Читайте состав. Считайте проценты. И никогда, слышите, никогда не доверяйте тушёнке, которая стыдится своего происхождения».

P.S. Странное эхо в телефоне: «Скрижали небесные будем включать в список вредносных материалов?» - «А ты как думаешь?»